В мире ширится движение архитектуры “соучастия”, втягивающее клиента в процесс проектирования, делающее его действительным соавтором. Этим трудоемким делом заняты преимущественно бессребреники, хотя бывают и исключения.
Есть десятки прецедентов, когда на этом тихом деле выстраивалась солидная коммерческая сеть проектно-строительных фирм.
В “Строителе” № 262 мы сообщали о победителях престижной архитектурной премии Ага Хана за 2007 год. Напомним, что среди девяти лауреатов — проект и строительство школы в Бангладеш. Двухэтажная школа в деревне Рудрапур возведена силами учителей, учеников и местных жителей под руководством архитекторов Анны Херингер из Австрии и Айке Росвага из Германии. Работы заняли всего четыре месяца. При ее постройке использовался только местный материал — бамбук и глина. 55,5 тыс. долларов европейские архитекторы разделят с жителями деревни, где построена школа.
Этот замечательный факт напомнил об истории двадцатилетней давности, произошедшей в Англии. Речь идет об архитекторе Кристофере Дэе и построенном им детском садике в деревне Нант-и-Квим в одном из бедных районов Уэльса.
Деревня, с точки зрения властей графства, была официально признана “бесперспективной”, так как две трети ее жителей разъехались по стране в поисках работы. Треть осталась и не желала признать родное место безнадежным, однако все попытки добиться хотя бы частичного финансирования строительства детского сада наталкивались на вежливый отказ со стороны чиновников. Те ссылались на постановления региональных властей, согласно которым бюджетное субсидирование строительства в неперспективных поселениях запрещалось. Ситуация казалась безвыходной, тем более что речь шла о детском саде на два десятка ребятишек, и по стандартным расчетам получалось, что строительная стоимость одного места в таком заведении непомерно высока.
Архитектор Кристофер Дэй в это время завершал строительство новой школы в соседнем поселке и предложил отчаявшимся обитателям Нант-и-Квим собственную профессиональную помощь. Он предложил объединиться и собрать немного денег — по 1000 фунтов. Этого, конечно, не хватило бы на покупку всех материалов, так что каждая трата требовала величайшей осторожности. Работу начали семеро, потратив немало времени на то, чтобы расчистить площадку. Двое, включая Дэя, были заняты разметкой непростого плана на земле, что было осложнено множеством толстых корней, камнями и крутизной склона.
Кристофер Дэй отслеживал все - куда и как отбрасывают тень деревья в первую половину дня, где необходимо расчистить виды на реку и холмы, где желательно сохранить плотную зелень, а где напрашивается создать ощущение некоторой таинственной глубины.
Главная трудность в работе с добровольными помощниками заключалась в том, что архитектору было непросто оказываться одновременно во всех местах сразу, следя за тем, чтобы, с одной стороны, люди не уставали от однообразного труда, а с другой — чтобы они не успели сделать ошибки в новом для себя деле. Поначалу при наиболее тяжелых работах на стройке были в основном мужчины, но когда пришло время нового общего обсуждения, весной 1987 г., женщин оказалось уже больше, чем мужчин. Нужно было приступить к возведению сложной кровли, чтобы успеть сделать здание водонепроницаемым до наступления зимы. Дэй отнюдь не пытался упростить конструкцию и вместо привычной двускатной кровли решил собрать два конических шатра, да еще с мягким переходом одного в другой.
Внешние кольца шатра собирали из прямых брусьев, связанных металлическими скрепами. Все это требовало многочисленных расчетов и перерасчетов, поскольку брусья, способные надежно нести на себе дерновую кровлю, оказались очень тяжелыми, и примеривать их к месту несколько раз было бы непомерной нагрузкой для работавших.
Риск несчастного случая постоянно висел над головой архитектора, вся механизация ограничивалась электрической мешалкой для раствора и электродрелями (никаких циркулярных пил). Это замедляло работы, но делало их явно безопаснее.
Вести о стройке распространились по округе, и несколько оптовых торговцев стройматериалами пошли на значительные скидки для детского сада.
Дэй и его помощники завершили стройку, включая всю отделку, затратив на нее два года, что многие сочли бы едва ли не безумием: ДВА года жизни, отданные строительству небольшого детского сада!
Однако и теперь, спустя 20 лет, детский сад Нант-и-Квим— это не только превосходное, удобное и очень привлекательное здание, в котором, кроме общего игрового и спального пространства, есть еще и маленькие “пещерки”, где замечательно устраиваться и вдвоем, и втроем, здесь создано ощущение покоя и гармонии с природой. Это и произведение искусства, вылепленное руками людей, дети которых приведут в него своих детей. Это скромный и вместе с тем глубоко достойный памятник коллективному труду, разуму и чувству возводивших его людей.
Кристофер Дэй построил тем же способом школу и церковь, с участием профессиональных строителей — еще несколько зданий и поселков.
Кристофер Дэй своей практикой доказал, что современный архитектор в состоянии противостоять быстротечной профессиональной моде и отринуть соблазны, связанные с мечтами о высокодоходных коммерческих заказах. Он получал наслаждение от творческого труда в условиях, когда почти вся деятельность коммерческой архитектуры противостоит такому настрою души.
В 90-х годах Кристофер Дэй написал небольшую книгу “Места, где обитает душа: архитектура и среда как лечебное средство”. Книга была издана и переиздана в России, вызвав неожиданный интерес к технологии его работы. Каждый шаг архитектора осмыслен, логика неоспорима, но найдется немного последователей: слишком велика отдача энергии и мало вознаграждение. Кристофер Дэй влюблен в процесс строительства и вместе с тем считает остро необходимым изложить свой опыт “архитектуры соучастия”.
В книге он задает читателям ряд вопросов:
— Как сделать работу архитектора и строителя вдохновенной, не теряя чувства практичности?
— Как достичь удовлетворения всех функциональных потребностей без того, чтобы жертвовать эстетическим удовлетворением?
— Как достичь того, чтобы участники процесса достигали полноты человеческой самореализации, не теряя при этом эффективности в достижении результата?
— Как обеспечить демократичность процесса сотворчества, не теряя общую цель?
— Как достичь художественной ценности результата, не впадая в эгоцентризм творческого самовыражения личности?
— Как соединить необходимость ответственного отношения и точности исполнения с принципом личной свободы и, тем более, добровольности участия?
Эти вопросы несложно сформулировать, но ответить на них можно только напряженной работой, как это делал Кристофер Дэй, его последователи и сторонники в разных странах. Их не слишком много, но и не так мало, как можно было бы думать в наш холодный век.
Кристофер Дэй:
— В мире, где время — деньги, определено: чем меньше заботы вложено в здания, будь то проектирование или строительство, тем оно дешевле. Но поскольку люди не любят зданий, которые выглядят дешево, в дело идут “обманки”, начиная от кирпичной облицовки и заканчивая дверьми на картонном каркасе, от мебели из древесно-стружечной плиты и до витража главного фасада при “экономном” заднем фасаде.
Мы быстрыми темпами строим мир, где обманчивые покровы становятся ширмой для откровенности, с которой забота вытесняется прибыльностью. А ведь это мир, в котором люди проводят большую часть жизни, в котором дети растут и учатся ценностям, что будут служить им опорой всю жизнь.
Пространство существует, чтобы жить в нем. Объекты являются застывшими идеями. Одни обладают жизнетворной силой, другие, особенно если они велики, угрожают, господствуют, крадут солнечный свет своей огромной тенью.
Реальная проблема заключается в том, что наше отношение ко всем этим вещам притупилось. Мы обучились не замечать шумы и скверное качество воздуха, резкие несоответствия между грубо очерченными формами. Мы обрели некий иммунитет к негативным силам в собственном окружении, и именно потому оно оказывается для нас столь разрушительным…
Posted under Новости в архитектуре & Новости края & насущные проблемы | No Comments »